ГЛАВНАЯ / Денди. Мода, культура, стиль жизни. ( стр. 82 )
  



санкционирует предельную мобильность зрения, возможность как сфокусироваться на отдельных частностях, так и
отключиться совсем.
 
Модель визуальности, разработанная в дендизме, развивалась на протяжении всего XIX столетия. Зрительная
парадигма  зрелого  модерна  к  концу  века  дает  новый  выразительный  вариант -  импрессионизм  в  живописи  и
эстетизм в литературе. Оскар Уайльд в эссе «Упадок лжи» 1891 года довел до логического предела дендистский
принцип избирательного зрения: «Вещи существуют потому, что мы их видим, а что мы видим и как мы видим -
это уже зависит от искусств, оказавших на нас влияние. Смотреть на вещь - совсем не то, что видеть вещь. Мы не
видим  вещи, покуда  не  видим  ее  красоты. Тогда,  и  только  тогда  эта  вещь  начинает  существовать. В  настоящее
время  люди  видят  туманы  не  потому,  что  они  существуют,  но  потому,  что  поэты  и  живописцы  показали  им
таинственную прелесть подобных эффектов». По сути, Уайльд в этом рассуждении провозглашает абсолютную
приоритетность эстетического взгляда:здесь уже ощутимы неоромантические обертона... И если ранее в середине
века  денди,  равно  как  и  фланер,  и  детектив,  замещал  фигуру  художника,  то  теперь «сверхзрение» -  явная
прерогатива «поэтов  и  живописцев» .  Как  писал  наследник  романтиков  Рильке, «мы -  пчелы  невидимого. Мы
исступленно собираем мед видимого, чтобы наполнить им золотой улей невидимого».

Дендистские прогулки или О прелестях фланирования
Он любил город и праздность. 
О.Мандельштам

Французское слово «flaneur» - свободный прохожий, любитель праздных прогулок - вошло в обиход начиная с
30-х  годов XIX  века,  когда  стали  складываться  современные  формы  городского  досуга.  Фланирование  или
привычка к бесцельным прогулкам - устойчивый атрибут жизни дендистской молодежи и парижской литературной
элиты. Альфред де Мюссе, Теофиль Готье, Бодлер, Барбе д'Оревильи, Стендаль, Бальзак, Пьер Лоти прославились
не только как писатели, но и как завзятые денди, регулярно совершающие моцион в самых изысканных туалетах,
чтобы,  как  говорится,  себя  показать  и  других  посмотреть.  Фланер  становится  модным  типом,  а  философия
фланирования настолько  захватывает  лучшие  умы  эпохи,  что  знаменитый писатель и  денди Оноре  де Бальзак  в
1833  году  решает  досконально  исследовать «теорию  походки».  Для  этого  он,  как  и  полагается  при  написании
настоящих  трактатов,  предварительно  изучил  существующую  научную  литературу,  однако  самые  ценные
наблюдения ему удалось почерпнуть, когда он наконец собрался на Гентский бульвар (ныне бульвар Итальянцев),
сел на стул и стал изучать походку всех проходивших мимо парижан. «В этот день, - признается Бальзак, - я сделал
самые  глубокие  и  любопытные  наблюдения  за  всю  мою  жизнь.  Я  вернулся,  сгибаясь  под  тяжестью  моих
открытий... Мне  показалось,  что  опубликовать "Теорию  походки" можно  не  иначе  как  в  десяти  или  двенадцати
томах, сопроводив ее тысячей семьюстами гравюрами». В манере ходить Бальзак сумел разглядеть «стиль тела»,
метафору характера и подробно описал особый  стиль дендистского фланирования, при котором идущий должен
«держаться прямо, ставить ноги по одной линии, не уклоняться слишком сильно ни вправо, ни влево, незаметно
вовлекать  в  движение  все  тело,  легонько  покачиваться,  наклонять  голову...».  Подобной  соразмерной  походкой
обладал король Людовик XIV (свои монархические симпатии Бальзак никогда не скрывал!).
В  итоге  романист  суммировал  свои  размышления  о  походке  в  серии  классических  афоризмов: «Все  в  нас
принимает  участие  в движении; при  этом ни  одна  часть  тела не должна  выделяться» ; «Когда  тело находится  в
движении,  лицо  должно  сохранять  неподвижность»; «Всякое  лишнее  движение  есть  верх  расточительности».
Идеал походки, согласно Бальзаку, подразумевает разумную согласованность и экономию движений. Особую роль
в  идеальной  походке  играет  плавность: «Медленное  движение  по  сути  своей  величественно», «Экономия
движений  есть  средство  придать  походке  и  благородство,  и  грацию».  Итак,  фланирование  не  может  быть
поспешным,  его  красота  не  в  последнюю  очередь  базируется  на  физиологической  экономии  движений.
Конструктивный принцип дендизма - «ничего лишнего» - в данном случае вполне непосредственно проецируется
на нравственные и интеллектуальные свойства личности.
Особую  роль  в  тонком  искусстве  дендистского  фланирования  играет  плавность,  коль  скоро  медленное
движение,  как  считали  в  то  время,  по  сути  своей  величественно.  Мимический  аналог  медленной  походки -
«неподвижность  лица»,  акцентирующая  благородное  достоинство  фланёра.  Медленное  фланирование  с
неподвижным лицом - условие незаинтересованного созерцания, эстетизм как телесная и жизненная программа.
Итак, красота дендистской прогулки во многом базируется на конструктивном принципе экономии движений,
что имеет как чисто физиологическую, так и эстетическую подоплеку. Согласно Бальзаку, медлительная походка -
атрибут мудреца, философа и в целом светского человека: «плавность движений для походки то же, что и простота
в костюме». Лаконизм выразительных средств в одежде, как видим, прямо соотносится с благородством скупого
жеста и статикой отточенных поз.
Прямая  противоположность  дендистской  медлительности -  манера  мельтешить,  для  которой  Бальзак  припас
старофранцузский  глагол «virvoucher»,  означающий «бегать  взад-вперед,  крутиться  у  кого-то  под  ногами,  все
трогать, вскакивать и снова садиться, суетиться, за все хвататься, делать массу движений, не имеющих цели, быть
назойливым,  как  муха».  Вспомним,  кстати,  что  как  раз  эти  черты  являются  знаком  вульгарности -  подобным
«вирвушизмом»  отличался  герцог  де  Люсене  из  романа «Парижские  тайны»,  а  одно  из  принципиальных
определений  дендизма -  антивульгарность.  Быстрая  походка,  механические,  словно  заводные  движения,
озабоченное  выражение  лица -  приметы  глубоко  антипатичного  персонажа,  объекта  бальзаковского  презрения:
«Он  отдается  ходьбе,  как  солдат,  выступивший  в  поход.  Обыкновенно  он  словоохотлив,  говорит  громко,
увлекается,  возмущается,  обращается  к  отсутствующему  противнику,  выдвигает  неопровержимые  доводы,
размахивает  руками,  огорчается,  радуется...»  Невозмутимый  денди  воплощает  обратную  тенденцию —
статуарность наблюдателя, невозмутимость джентльмена.

Вероятно, как своего рода специальную тренировку в горделивой медленности походки можно расценить особо
модный ритуал,  сложившийся  в  середине  века  среди парижских щеголей: прогулки  с домашними  черепашками.
Денди,  неторопливо  выгуливающий  черепаху  в  Люксембургском  саду,  демонстрирует  воистину  стоическую
невозмутимость и  величественную  самодостаточность. Однако  за  его почти  анекдотическим  спокойствием  здесь

page 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100


Rambler's Top100

2005-2015 ® Разработка сайта- Гришин Александр