ГЛАВНАЯ / Денди. Мода, культура, стиль жизни. ( стр. 89 )
  



«Императорский одеколон» специально для императрицы Евгении, супруги Наполеона III. В оформлении флакона
использовался орнаментальный мотив пчел и сот - деталь герба Наполеона. Эти соты, кстати сказать, украшают и
флакон туалетной воды «Aqua Allegoria» Герлен.
Как видно из истории одеколона, на протяжении XIX века одеколоном пользовались как дамы, так и кавалеры -
разделения  духов  на мужские  и женские  еще  не  существовало. Принц Уэльский,  будущий  Георг IV,  как-то  раз
«унюхал» приятный запах одной дамы на балу и с тех пор пользовался этими духами. Наполеоновское пристрастие
к  одеколону  разделяли  его  придворные  обоего  пола. Перемены  в  сфере мужских  и женских  запахов  пока  еще
только зрели.
В  целом  эпоха  Директории  и  первой  Империи  была  ориентирована  на  интенсивную  чувственность. Желая
получить  наслаждение  от  жизни,  в  средствах  не  стеснялись.  Легендарная  мадам  Тальен10
  принимала  ванны  из
молока, разбавленного малиновым и клубничным ароматизированными маслами. В парфюмерии то же стремление
выражалось в пристрастии к животным и интенсивным цветочным запахам типа пачулей и роз.
Супруга Наполеона Жозефина тоже в свое время отдала дань моде на пачули. Но ее любимыми запахами были
розы (в дворцовых садах Мальмезона цвели все виды роз) и мускус. В начале XIX столетия ароматы, в которых
доминировали животные элементы, - мускус, амбра,  цибетин -  пользовались  небывалым  спросом  и  про  Жозефину  говорили: «Без  ума  от  мускуса».
Наполеон же, напротив, мускуса не переносил. Когда их брак с Наполеоном был расторгнут, Жозефина в отместку
бывшему  супругу  надушила  дворцовые  апартаменты  мускусом.  Этот  запах  не  выветривался,  по  свидетельству
мемуаристов, десятилетиями и чувствовался еще в конце века.
Однако в тридцатые годы положение меняется. Период Реставрации завершается окончательным переходом от
животных  ароматов  к  легким  цветочным.  Мускус,  амбра,  цибетин  вытесняются  лавандой,  розмарином,
флердоранжем,  акацией, фиалкой  и  туберозой. Теперь  считается,  что  резкие животные  запахи могут  послужить
причиной неврозов, меланхолии и позднее - истерии у женщин. Ароматы животного происхождения остаются на
долю  куртизанок,  а  благопристойным  буржуазным  дамам  рекомендуется  палитра  из  легких  цветочных  запахов.
Это  соответствует  новой  риторике  любовного  кокетства:  надо  уметь  возбудить  желание,  не  нарушая  внешних
канонов скромности, вскружить голову кавалеру, не давая недвусмысленных авансов.
Женщине  предписывается  слабость,  утонченность,  деликатность  чувств  и  поэтичность  натуры.  Поэтому
оптимальная метафорика женского образа - флоральная: женщина ассоциируется с цветком, невинным, слабым и
прекрасным.  Отсюда -  мода  украшать  наряд  цветами,  увлечение  оранжереями  и  зимними  садами.  Светские
героини из романа Эжена Сю «Парижские тайны» устраивают у себя дома роскошные  зимние сады и украшают
свои  бальные  наряды  живыми  цветами: «В  тот  вечер  на  маркизе  было  платье  из  белого  крепа,  украшенное
веточкой  камелии,  в  чашечке  которой  сверкали, наподобие  капель  росы, полускрытые  в ней  бриллианты;  венок
таких же цветов осенял ее чистый белый лоб».
Изменяются  и  правила  использования  косметики:  отброшены  пудра,  румяна  и  белила,  столь  популярные  в
XVIII  веке.  Отныне  врачи  говорят,  что  кожа  должна  дышать,  поры -  оставаться  открытыми,  поэтому  следует
больше  применять  очищающие  лосьоны,  ополаскивать  лицо  мыльным  раствором  и  увлажнять  миндальным
кремом. Хотя для вечерних выходов по-прежнему используется пудра, позволяющая достичь эффекта «жемчужной
кожи», и черная подводка для глаз, в целом потребление косметики и духов сокращается.
Благодаря новым химическим методам цветочные духи стали доступны для широкой публики. Теперь любая
дама  с  самыми  скромными  средствами могла  приобщиться  к  новым  удовольствиям. В 1833  году  в  лондонском
парке Воксхолл было вывешено рекламное объявление парфюмерной лавки:
 
Эй, леди-дендизетки, любительницы нежных духов,
Вас ждут дистиллированные ароматы всех цветов
В наших склянках и коробочках, ротондах и комнатах,
Все сладкие запахи всего за шиллинг!

Ye Dandyzette ladies, who love soft perfumes,
The scent of all flowers distilling,
In our bottles and boxes, rotundas and rooms,
You'll find all their sweets for a shilling.
 
Новые манеры требуют иного обращения с духами: теперь духи нельзя наносить прямо на кожу, как раньше.
Полагается  душить  отдельные  предметы  туалета:  носовые  платки,  веер,  перчатки  и  митенки,  кружева,
окаймляющие бальный букетик цветов. Белье в доме должно благоухать свежим запахом лаванды.
За  этими меняющимися канонами парфюмерного  этикета  стоят  крупные  сдвиги  в жизни общества, и прежде
всего - оформление среднего класса как активной социальной силы. Новый класс хочет маркировать свой статус
через  особое  отношение  к  телу,  чему  весьма  способствует  развернувшаяся  как  раз  в  этот  период  санитарная
реформа.  Забота  о  гигиене  позволяет  прежде  всего  отделить  себя  от «грязной»  бедноты,  выдвигая  идеал
стерильного буржуазного уклада. Но другой точкой отталкивания является прежняя аристократия, употреблявшая
раньше слишком тяжелые животные ароматы. В поисках своего гигиенического стандарта средний класс снижает
потребление духов, поскольку теперь уже не надо  заглушать духами  запах немытого тела, и открывает для себя
преимущества частых купаний. Духи, напротив, начинают рассматриваться как нечто вредное, забивающее поры
чистой кожи.

page 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100


Rambler's Top100

2005-2015 ® Разработка сайта- Гришин Александр